Русская астрономия

Русская астрономия, ранние годы развития которой связаны с именами Ломоносова и Эйлера, продолжала расти и крепнуть. В конце XVIII века было проведено много важных исследований, созданы новые обсерватории.

В русских обсерваториях разрабатывались весьма совершенные методы наблюдений. Ученик Эйлера, астроном Исленьев, предложил новый метод определения долготы, в основе которого лежало наблюдение за движением Луны относительно соседствующих с ней на небосводе звезд. Этот метод сразу же получил широчайшее распространение.

Русские астрономы С. Я. Румовский и П. Б. Иноходцев точно определили местоположение многих географических пунктов нашей Родины. Ф. И. Шуберт составил важные астрономические таблицы и выпустил капитальные труды по теоретической астрономии.

В конце XVIII века замечательные научные работы были проведены петербургским астрономом Андреем Ивановичем Лекселем.

Известно, что 13 марта 1781 года английский астроном Гершель заметил на небе какое-то зеленоватое светило. В своем докладе Королевскому обществу Гершель писал о том, что им открыта какая-то странная комета, лишенная хвоста.

Проанализировав наблюдения, сделанные над неизвестным светилом, астроном А. И. Лексель в 1782 году вычислил его орбиту. Орбита получилась почти круговая, совсем не похожая на вытянутые эллипсы, по которым мчатся кометы. Строгими расчетами петербургский астроном доказал, что открытое светило не комета, а планета, находящаяся за планетой Сатурн. Это был Уран.

Так с карандашом в руках Лексель обнаружил еще одного из членов семейства Солнца.

Продолжая работу над вычислением орбиты новой планеты, Лексель обнаружил непонятное явление. Уран вел себя странно. Он как бы не подчинялся закону всемирного тяготения. Несмотря на то, что при вычислении орбиты Урана Лексель тщательнейшим образом учел воздействие на планету притяжения не только Солнца, но и соседних планет-гигантов в семействе Солнца — Сатурна и Юпитера, Уран нарушал все расчеты! Он то и дело уклонялся от того пути, по которому должен был следовать. Отклонения в движении Урана казались необъяснимыми. Но Лексель не оставил своих исследований. Он был убежден во всеобщности закона тяготения. Закон нарушаться не может. Если и создается впечатление, что закон нарушается, это означает только одно: неверны вычисления или что-то не учтено исследованиями.

За Ураном находится еще какая-то неизвестная нам планета, к такому выводу пришел Лексель. Под действием ее притяжения Уран отклоняется с предвычисленного пути.

Лексель был убежден в правильности своей догадки. О правомерности смелого предположения свидетельствовал и анализ орбит комет. Пролетая через окраинные области солнечной системы, лежащие за Ураном, кометы подчас сворачивали с предвычисленной орбиты.

Много десятилетий поиски оставались тщетными. Трудно было заметить далекую неизвестную планету среди мириадов звезд, рассеянных по небосводу, — ведь и сама она должна была казаться с Земли слабенькой, неяркой звездочкой.

И вот на помощь наблюдениям снова пришла теория.

Молодой французский ученый Леверье и независимо от него англичанин Адаме, исходя из данных наблюдений за движениями Урана, математическими расчетами доказали, что за этой планетой должна находиться другая, неизвестная. В августе 1846 года Леверье закончил вычисления орбиты заурановой планеты. А через несколько дней берлинский астроном Галле, получивший письмо от Леверье, нашел новую планету (ее назвали Нептуном) в том участке неба, на который указало перо математика!
Открытие Нептуна было великим торжеством науки. Фридрих Энгельс писал: «Солнечная система Коперника в течение трехсот лет оставалась гипотезой, в высшей степени вероятной, но все-таки гипотезой. Когда же Леверье, на основании данных этой системы, не только доказал, что должна существовать еще одна, неизвестная до тех пор, планета, но и определил посредством вычисления место, занимаемое ею в небесном пространстве, и когда после этого Галле действительно нашел эту планету, система Коперника была доказана».

Вспоминая об открытии Нептуна — этом дерзновении науки, мы по справедливости должны назвать и имя петербургского астронома Лекселя. Он начал тот путь, который привел к открытию новой планеты.

Этот путь был завершен трудом французского и английского ученых.